К 95-летию со дня рождения Константина Воробьёва Я с юности зачитывался его храбрыми а также пронзительными повестями, добро они к тому моменту теснее начали издаваться. Закончив ВУЗ радиоэлектроники а также много раз выезжая из Харькова в командировки на Игналинскую АЭС в Литву, я в книжных магазинах Вильнюса а также близлежащего к атомной станции городка Даугавпилса (по-российски Двинск, Борисоглебск, а сообразно русским летописям Невгин — сейчас Латвия) с большой готовностью брал книжки Воробьёва, дивясь тому, что они издаются в Прибалтике, но не, скажем, на отчизне писателя в Курске или в Москве.
Моё сомнение сохранялось, так как а также спустя годы я встречался с тем, что а также читатели, а также писатели отлично знали, скажем, имена В. Богомолова, В. Быкова, Е. Носова а также остальных писателей-фронтовиков, а вот потрясших меня рассказов а также повестей Воробьёва – недостает. В то же время проза Воробьёва переводилась на болгарский, литовский, латышский, германский, ляшский языки.
Убеждают, что курян вопросец об их земляке К. Воробьёве в тупичок никак не поставит. Ну, ведь ещё в «Слове о полку Игореве» произнесено: «Куряне сведоми кмети» (бывалые бойцы). Репутация писателя перемещает средняя среднее учебное заведение № 35 городка Курска. В честь него названа одна из улиц Северо-Западного микрорайона городка. Кто же таков Константин Дмитриевич Воробьёв, воин а также беллетрист?
Родился в селе Нательный Реутец Медвенского района Курской области 24 сентября 1919 г. Рос в фермерской многодетной семье – у Воробьёва было 5 сестёр а также брат. Отца собственного он никак не знал. В селе его считали отпрыском белоснежного офицера. Отчим, возвратившись опосля Первой вселенской борьбы а также германского плена, усыновил Костю. Беллетрист постоянно упоминал об отчиме «с чувством любви а также признательности за то, что тот никогда никак не упрекнул его кусочком пища, никогда никак не тронул, как принято говорить, а также пальцем». От мамы Воробьёв унаследовал острый, неспокойный, никак не терпящий несправедливости нрав. Ребячество Останки, хотя и в великой семье, было одиноким а также никак не очень веселым. «Мне постоянно хотелось имеется, – упоминал он, – так как никогда никак не доводилось насытиться досыта – семья крупная, жизнь была тяжелой, а также я никак не был способен шмальнуть, чувствуя себя излишним ртом, чужаком».
