– Я был в тот момент в гостиничном номере вкупе с восхитительным стихотворцем Игорем Павлюком. Мы никак не почивали всю ночь, говорили, говорили, говорили… Задумывались (он из Львова – я из Киева), как сейчас далее существовать после чего ужаса. Как поступить? У нас детки. А также прежде всего мы задумывались: как вернёмся домой через рубеж к родным а также недалёким… Позже мы воспретили друг другу об этом говорить. Нас накрыло чувство совершенной слабости. Что мы могли совершить?! Оставалось лишь ожидать… Как, кстати, а также сейчас.
Я никак не могу читать вирши, когда людей сжигают живьем, убивают деток, бомбят городка а также посёлки. А также сочинять вирши в данный момент также никак не могу… Выручает служба. От звонка по звонка. Я ведь доктор. Спасаю а также лечу онкобольных.
– Ты был знаком с Вадимом Негатуровым, катастрофически погибшим в Одессе?
– Правда… А также я произнесу (пусть, может быть, бешено прозвучит), что теснее свершившееся – не самое ужасное. Наиболее ужасное то, что ждёт спереди… Обожаемые мной друзья-поэты живут в Донецке, Дружковке, Краматорске, Северодонецке… Они в данный момент как в чистилище. С ними в всякую минутку может статься что-то ужасное. Часто названиваю им, почти все никак не отвечают. Это нестерпимо! Быть может, уехали, а быть может… Это никак не дать словами. Где-то у меня снутри зреет что-то ужасное… Не столько государство моя раскалывается – сам раскалываюсь. Посещают моменты, когда видится: ещё чуть-чуть, а также меня разнесёт на части, на куски…
– В данный момент ты в Санкт-Петербурге…
– Я хожу сообразно вашим улицам, сижу в кафе, хлебаю кофе… Тут люди на улицах – смеются! Это такое блаженство. Видится, я попал в хороший куток. Тут живы традиции, тут хозяйка деяния дышит. А также вот дворик, хранящий Пушкина… Только это только – миг. Что станет завтра – непонятно. Вы берегите собственный «рай». Наш совместный «рай» мы утратили в 1991 году. Как мы распорядились собственным, «незалежным», в данный момент, в XXI веке, наверняка, ясно теснее почти всем.
– Как а также чем живёт люд в Киеве?
– В Киеве в данный момент бесшумно. На улицах не много людей а также машин. Киев опустел.
– А что собой представляют люди на сегодняшнем майдане?
– Меня переполняет чувство жалости, даже унынья, когда смотрю на их. Я лицезрел почти всех, когда они читали, пусть неудобные, однако всё же свои вирши, которые шли из их сердец. Они искренне веровали, как поступают что-то необходимое а также важное, задумывались, что создают новенькую счастливую историю Украины. В данный момент сообразили, что их мечты, из-за каких они жертвовали собой а также в дословном значении слова подставляли себя перед пули, оказались порожними, а их порывы были применены кем-то для заслуги совсем остальных целей. А также сейчас этим людям говорят: «Уходите. Вы более никак не нужны». Я даже никак не знаю, как это именовать. Это за пределами моего осмысливания.
