В таборе, в кой он попал, отбывала возмездие молодёжная верхушка – детки именитых а также элементарно узнаваемых революционных деятелей, к примеру отпрыск Красина а также племянничек Орджоникидзе. В таборе Феликс сдружился с Никитой Кривошеиным, отпрыском российского эмигранта, ставшего богатырем французского Противодействия а также на волне послевоенного патриотизма возвратившегося на Отчизну. Отца никак не тронули, только отпрыска на любой вариант, чтобы никак не распространял идеологическую буржуазную заразу, выслали за колющуюся проволоку. Соседом Феликса сообразно нарам оказался юный литовский поп. Итогом этого узкого сосуществования стало воззвание потомка проф революционеров-атеистов в углубленно верующего католика. Владея феноменальной памятью а также неординарными возможностями, за шестнадцать лагерных лет Феликс изучил 5 иностранных языков (латынь, эллинистический, запошивочный, германский, британский), ознакомился с шедеврами вселенской литературы, увлёкся теологией а также приобрёл профессия слесаря-лекальщика.
Опосля избавления ему никак не разрешили существовать в Москве, а также он поселился в городке Горьком (сейчас Нательный Новгород), работал на заводе, обучался заглазно на истфаке а также время от медли сообразно спецразрешению посещал маму в столице. Людмила Ивановна никак не могла свыкнуться с католицизмом отпрыска, нескончаемо а также бесплодно с ним спорила, что никак не препятствовало ей пробовать уладить его собственную жизнь. На свою беду, Феликс без памяти влюбился в Люсю Боннэр, дочь материной подруги а также соратницы, старенькой большевички из соседнего подъезда. Увы, грядущая именитая правозащитница стыдливому венку былого политзаключённого выбрала терновый корона академика-диссидента Сахарова. С пламенея Феликс женился на отдалёкаковой от политики врачице Майе, уехал в Иерусалим к Гробу Господнему а также стал знаменитым католическим теологом. Однако это приключилось потом-потом, а пока мы с Людмилой Ивановной разделяли кухонный закуток коммуналки в доме равномерно вымиравших старенькых большевиков. Русская администрация Людочку вполне реабилитировала, наделила солидными квадратными метрами посередке Москвы, назначила наиболее чем вескую пенсию, прикрепила к привилегированной поликлинике, обращала раз в год совсем безвозмездно в санаторий – то в Сочи, то в Кисловодск, приветствовала со всеми красноватыми датами календаря, подкрепляя открытки торжественными пайками, которые немедля отправлялись отпрыску.
Как настоящий член партии Людмила Ивановна была: 1) всё ещё философски выдержана; 2) нравственно устойчива; 3) воспользовалась безграничным почтением уцелевших в сталинском ГУЛАГе друзей а также 4) по чрезвычайности была застенчива в быту. Она полностью делила бабушкины взоры на кормление: чем легче, тем превосходнее, а также не нужно растрачивать драгоценное время на бездействие у плиты. Утром она варила себе густую геркулесовую катеху на воде, время от времени сменяя её полпачкой творога, а с кофе съедала бутерброд с сыром. На пир приготовлялась гречневая кашка с маслом, которую часто сопровождал солёный огурец либо квашеная капуста. Пару раз в недельку Людмила Ивановна обедала в загадочной большевистской столовой, откуда приносила готовые котлетки либо голубцы. Время от медли она варила себе маленькую кастрюльку супа. Мне запомнился лишь рыбный суп, так как он здорово а также никак не совсем мило пах на всю коммунальную жилплощадь. В память о отдалёком а также тяжёлом владивостокском малолетстве покупалась скамейка «Лосось дальневосточный в своем соку» а также вываливалась в кастрюлю с кипящей мелконарезанной картошкой. Выходило скоро, дёшево а также недовольно.
