Получив, в конце концов, хотимое «мнение» министра, Бенкендорф представил его Сударю, а итоги докладывал 13 ноября в письме:
«Милостивый сударь, король Карл Андреевич! Почтеннейшее известие Вашей Светлости о цензоре Семёнове а также издателе «Литературной газеты» дворянине Дельвиге, сообразно случаю напечатанных в сей газете стихов Казимира де-ла Обвиняя, доводил я всеподданнейше по сведения Сударя Правителя; а также Его Величество, сообразно с заключением Вашей Светлости, Высочайше предписать изволил: «Семёнову изготовить серьезный укор, а Дельвигу воспретить издание газеты». Оповещая о сём Высоком повелении Вас, милосердый сударь, для подабающего выполнения, владею честь существовать… А. Бенкендорф».
На последующий день кн. Ливен сказал о Высокой резолюции покровителю округа, кой 15 ноября писал «г-ну коллежскому ассесору дворянину Дельвигу»:
«Г-н министр народного просвещения известил меня, от 14 текущего ноября за № 1197, что г-н генерал-адъютант Бенкендорф объявил ему Высокое Его Правительского Величества веление о воспрещении выпускать Вам «Литературную газету». Извещая Вам о такой Высокой воле Сударя Правителя, покорнейше прошу сообщить меня о получении этого известия. Причём необходимым уважаю прибавить, что я, со собственной стороны, уведомил об оном в том же духе г-на цензора, разглядывавшего вашу газету, чтобы гостиница, последующие к изданию опосля этого количества, пропускаемы им никак не были. Покровитель С.-Петербургского учебного округа К. Бороздин».
Пивбар. Дельвиг отвечал:
«Милостивый Сударь Константин Матвеевич. Объявленное мне высокое Его Правительского Величества веление о воспрещении мне выпускать «Литературную газету» я получил, а также о сём честь владею сообщить Ваше Превосходительство, присутствуя к вам с настоящим поклонением а также глубочайшею преданностью, Милосердый Сударь, Вашего Превосходительства покорнейший прислуга дворянин А. Дельвиг. 15 ноября 1830 года».
