Театр АпАРТе спектаклем «Собранье пёстрых глав…» предпринял попытку личного чтения творений Александра Пушкина. Они представлены в спектакле-альманахе без хрестоматийного глянца, в совмещении сакрального с обыденным, философского с шаловливым. Но не таковым ли был сам Пушкин, вобравший в своё творчество, видится, все краски российской жизни? Режиссёр Андрей Любимов поставил спектакль этак, что воззвание к созерцателю идёт на больших нотах, тотчас даже оглушает а также потрясает амплитудой переживаемого. Сцена посередке зала кипит, раскаляясь различными цветами эмоций. Собственного созерцателя режиссёр восхищает, а время от времени даже эпатирует, как будто проливая на него горячую лаву пушкинских идей а также переживаний.
Однако эпатировать — никак не самоцель. Создатели спектакля верны российской классике а также с огромным почтеньем представляют своё чтение пушкинской поэзии.
С первых минут «Пира во время чумы» энергичная, проворно пульсирующая ткань спектакля захватывает созерцателя в собственный водоворот а также окунает в беспокойный мир, целый глубочайших смыслов. Некоторое количество другой он в «Маленьких трагедиях» – отыскивающий, мятежливый, а в «Гавриилиаде» – тотчас беспокойный а также чуть-чуть двусмысленный.
Требовательная служба с текстами успешно смешивается с впечатляющей выразительностью документёрской интонации, жеста, пластики. Друзья сцены отдалёких времён актеры разыгрывают с вообушивлением, почему появляется чувство лёгкости а также проникновенности.
При всем этом маленькая сценическая платформа как будто расширяется, опровергая законы длины, ширины, вышины а также придавая происходящему новое обмеривание. Время от времени остаётся загадкой, как получилось режиссёру вынести трудную композицию а также драматургические конфликты в сиюминутную действительность. Взор постановщика сфокусирован на могучей воле Провидения. В то же время страхи решетка, человеческие драмы катастрофы в таковой интерпретации уравновешиваются некоторым священным светом, гармонией мироздания…
В количестве документёрских работ (в целом совсем выразительных) разрешено, к примеру, подметить неотъемлемость Миши Пярна в роли Мефистофеля.
Видеоряд, «библейский» глас Иннокентия Смоктуновского а также обмысленное музыкальное спецоформление (от средневекового гимна Dies irae по блюзовых импровизаций, А. Рубинштейна а также Г. Свиридова) еще сосредоточивают воспринятие а также разрешают заного услыхать друзья а также обожаемые строчки.
