– Вы родились в Тбилиси, живёте в Ростове-на-Дону. А сообразно квалификации, ежели я никак не заблуждаюсь, – геолог. Как эти географические а также проф индивидуальности воздействуют на ваше творчество а также воздействуют ли?
– Ну, не много ли кто чему обучался. Я никогда никак не умел хорошо воспользоваться своей жизнью. Отучился на геофаке, желая задолго по диплома сообразил, что это никак не моё. Однако к писательству это никак не владеет непосредственного отношения. В российской литературе – ну и не столько в российской, таковых неумех очень много. С Грузией труднее, только никак не произнесу, что по сих времен проживаю промеж 2-ух миров. Когда начинал сочинять – правда, грузинская содержание, поточнее, содержание «грузинских русских», сплава а также переплетения 2-ух культур в одной личности, были для меня чрезвычайно главны. Со порой насмешка ушла, возникли новейшие горизонты.
– Герой вашего букеровского романа «Без пути-следа» – человек уязвимый, разочаровавшийся, потерявший опору а также, в сущности, при всей собственной особенности пополняет галерею портретов современной прозы, творя ещё один образ интеллигента-неудачника, «опустившего руки». Никогда никак не было хотения сотворить мощного богатыря, преодолевающего жизненные происшествия?
– Герой моего крайнего романа «Бета-самец» – из такого же ряда: а также ушибаем, а также разочарован, – только обретает в себе силы чтобы, чтобы пойти супротив течения а также отвоевать свою судьбу. Так как у него возникает чтобы достичь желаемого результата фактор – как знается, влюбленность к даме. «Сильный герой» как посадка самостоятельной художественной задачки – мне это никак не совсем ясно. Держава – такое же изображение разыскивающей человеческой души, как а также бессилие. Часто бессилие мощного человека – нельзя не отметить а также в книжке, а также в жизни. Либо неожиданная причина слабенького. Например, угнетение Андрея Болконского – убери его, а также образ растеряет объём. А Пьер Безухов – мощный нрав либо слабенький? Где-то – целый тюфяк, где-то – герой с несгибаемым стержнем. Держава как данность, я склонен думать, неинтересна в литературе. Любопытно приобретение силы а также её потеря, стоимость силы а также её рубежа.
