Менелай – Анатолий Пономарёв, Лена – Майя Барковская «Прекрасная Елена» Ж. Оффенбаха в «Геликон-опере» Влюбленность самой прекрасной дамы в мире — а также сейчас очень завидная заслуга. Конкретно потому художественный управляющий «Геликон-оперы» Дмитрий Бертман имел все основания вынести деянье комической оперы Жака Оффенбаха «Прекрасная Елена» в наши дни в фитнес-клуб «Юпитер», в каком месте перед руками поигрывающих мускулами массажистов (это, кстати, актеры хора) коротают скучноватые дни а также поддерживают прекрасную физиологическую форму спартанские кросотки в авангарде с царицей Леной. Художник Хартмут Шоргхофер переносит деянье на ступени некоего исполинского древнего храма, посередке каких размещаются полукруглые ширмы, образующие необыкновенную «внутреннюю сцену». Это истиннее веселье белоснежного цвета, кой воспринимает на себя блики а также цвета всех других цветов. Это место нескончаемого праздничка, каким казалась Древность романтически настроенным отпрыскам.
Но спектакль Бертмана именно лишён романтических иллюзий а также полон романтичной драматичности. Знаменитую песню «Все мы желаем любви» Лена выполняет, лёжа на массажном столе а также вскрикивая от чрезмерных усилий массажиста. Парис возникает в джинсах а также футболке с изображением надкусанного яблока на груди – или мифологического яблока раздора, или логотипа знаменитой компьютерной компании. Питая собственный спектакль пародией а также гротеском, Бертман буквально следует за композитором. Как Оффенбах лицезрел в завязке Троянской борьбы только предлог пораздумать о современном сообществе, этак а также в новой «Прекрасной Елене» греческие короли, поигрывая поролоновыми мускулами а также поправляя шлемы из кастрюль, рассуждают о санкциях а также борьбе с коррупцией. Правда, в «Геликоне» никак не побоялись сберечь прозаические интермедии, причём крупная часть из их была написана поновой. Эрудированный созерцатель, непременно, оценит пародийные цитаты из пушкинского «Бориса Годунова», дотрагивающиеся народа, кой «как постоянно, безмолвствует». В предложенную режиссёром забаву врубается даже дирижёр-постановщик Владимир Понькин, кой (интерес!) не столько пьёт переданное со сцены «с царского стола» шампанское, только даже сам сообразноёт завершающий куплет известного «марша царей».
